Потерпевший в уголовном праве россии

О статусе потерпевшего в уголовном праве. Статьи по предмету Уголовное право

О СТАТУСЕ ПОТЕРПЕВШЕГО В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ

Э.Л. СИДОРЕНКО

Внедрение западных моделей правозащитного регулирования в российскую правовую систему, ориентированную на императивные отношения «власть — подчинение», не могло не вызвать искаженные представления об аксиологическом и юридическом содержании безопасности личности. В российском восприятии правовая безопасность человека — это своеобразная ultima causa. К ней постоянно апеллируют, но редко исследуют, говорят о необходимости создания системы правозащитного регулирования, но ограничиваются отдельными законодательными поправками. Этот подход настолько укрепился в праве, что любая заметная новелла оценивается как новое направление в системе защиты личности, минуя стадию обоснования и анализа категориального аппарата, охранительных отношений, частных и публичных интересов и др. С каждой новой работой труднее отказаться от мысли, что безопасность личности — это идеологический лозунг любых законодательных преобразований, не имеющий отношения к фактической защите прав и свобод человека.
Провозглашая права и свободы человека высшей ценностью, законодательная практика хранит верность этатичному правопониманию и не намерена считать потерпевшего активным участником уголовно-правовых отношений. 15 из 21 принятого в 2010 г. Федерального закона о внесении изменений и дополнений в УК РФ были связаны с ужесточением уголовно-правовой репрессии, а законопроект, предлагавший расширить права потерпевшего и отказаться от дискретности освобождения от уголовной ответственности (ст. 76 УК РФ), был отклонен Государственной Думой РФ.
В соответствии с господствующей в системе государственного управления идиомой, расширение прав потерпевшего приведет к нарушению хрупкого равновесия между частными и государственными интересами и поставит под сомнение публичный характер уголовно-правового регулирования. Это опасение проявляется в упорном нежелании законодателя легализовать статус потерпевшего и тем самым определить его влияние на установление и реализацию уголовной ответственности.
В то же время, несмотря на существенное сокращение регистрируемой преступности, темпы виктимизации населения с каждым годом увеличиваются.
Если в 1999 г. количество официально зарегистрированных потерпевших составило 2 099 383 человека, то в 2009 г. — 3 209 862, т.е. на 34,5% больше. Существенно увеличился (на 13,5%) объем преступлений, по которым имеются потерпевшие: с 1 860 212 до 2 152 002. На латенизацию виктимности указывает соотношение количества заявлений граждан к числу зарегистрированных преступлений: в 1999 г. этот показатель составил 1,4, а в 2009 г. — 2,9. Всего в 2009 г. было зарегистрировано 9 254 466 заявлений и сообщений граждан, что является беспрецедентным показателем в новейшей российской истории.
На негативную динамику виктимизации населения и низкую эффективность публичных механизмов охраны личности указывает рост криминотропных рисков. Согласно расчетам, среднее значение показателей риска быть выявленным за совершение преступления в 2010 г. составило 35%.
Теоретический и практический интерес представляет динамика преступлений, совершенных из ревности, ссоры и других бытовых мотивов. Во-первых, в их генезисе наиболее ярко проявляется личность и поведение потерпевшего. Во-вторых, именно они составляют основную массу преступлений, допускающих освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим и позволяющих реализовать частные начала в уголовно-правовом регулировании. В последние годы число таких преступлений остается стабильно высоким. В 2009 г. их было зарегистрировано 145 702, что на 1,6% ниже показателя предыдущего года и на 20% выше показателя 2001 г.
Отмеченные социально-криминологические тенденции остаются незамеченными при разработке стратегии уголовной политики. По-прежнему в УК РФ отсутствует легальное определение потерпевшего, не выработаны механизмы возмещения вреда, а институт освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76 УК РФ) реализуется слабо и противоречиво.
Уголовно-правовой статус потерпевшего подменяется его процессуальной оценкой. В соответствии со ст. 42 УПК РФ им признается «физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации. Решение о признании потерпевшим оформляется постановлением дознавателя, следователя или суда».
Конфликт уголовно-правового и процессуального определений потерпевшего выразился в коллизии ст. 42 и 20 УПК РФ. Статья 42 УПК РФ связывает его появление с вынесением соответствующего постановления дознавателя, следователя или суда, в то время как ст. 20 закрепляется право потерпевшего на обращение с заявлением о возбуждении уголовного преследования по делам частного и частно-публичного обвинения еще задолго до вынесения соответствующего постановления. Очевидно, что лицо, имеющее право на обращение с заявлением о возбуждении уголовного дела по делам частного и частно-публичного обвинения, обладает материальными, а не процессуальными признаками потерпевшего.
Конституционный Суд РФ, рассматривая жалобы о нарушении прав жертв преступлений, не выработал однозначной позиции относительно юридического статуса потерпевшего.
В Определении КС РФ от 21 октября 2008 г. N 490-О-О отмечено, что ч. 1 ст. 42 УПК РФ определяет основания для принятия дознавателем, следователем или судом решения о признании физического или юридического лица потерпевшим, т.е. имеет процедурный характер. В Определении КС РФ от 16 июля 2009 г. N 996-О-О, напротив, ст. 42 УПК РФ рассматривается как норма, определяющая материально-правовой статус потерпевшего: «Уголовный кодекс Российской Федерации, регламентируя правила определения категорий преступлений, исходя из их характера и степени общественной опасности (статья 15), а также основания освобождения от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности (статья 78), не закрепляет положений, касающихся правового статуса потерпевшего от преступления. Соответствующие нормы, определяющие правовое положение потерпевшего. предусмотрены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации».
Нет единства мнений относительно юридической природы потерпевшего и в теории уголовного права. В частности, П.С. Дагель признавал процессуальное понятие потерпевшего общим для уголовного права и процесса: «Первое предложение в соответствующей статье уголовно-процессуального законодательства дает материально-правовое понятие «потерпевший», а второе предложение определяет, при каких условиях потерпевший становится участником уголовного процесса, приобретает процессуальные права и обязанности» .
———————————
Дагель П.С. Потерпевший в советском уголовном праве // Потерпевший от преступления. Владивосток, 1974. С. 18.

В условиях четкой предметной дифференциации отраслей права это суждение не может быть признано состоятельным. Нормы УПК РФ призваны регулировать уголовно-процессуальные отношения и не должны определять первичные по отношению к ним категории.
Оправдывая решение законодателя, некоторые ученые объясняют его тем, что «вопрос, причинен ли преступлением вред определенному лицу, суд решает при постановлении приговора. Утвердить ответ на этот вопрос и означает признание лица потерпевшим в материально-правовом смысле данного понятия. Таким образом, если признание потерпевшим в материальном смысле является некоторым этапом доказывания и имеет место, когда факт причинения вреда данному лицу доказан достоверно, признание потерпевшим в процессуальном смысле является одной из предпосылок участия лица в доказывании и имеет место при наличии оснований предполагать причинение вреда этому лицу» .
———————————
Защита прав потерпевшего в уголовном процессе. М., 1993. С. 55.

В предложенной аргументации обнаруживается смешение уголовно-правовой и процессуальной терминологии. Во-первых, существование фигуры потерпевшего ошибочно связывается с этапом доказывания. Во-вторых, при постановлении приговора суд разрешает вопрос не о том, был ли причинен вред определенному лицу, а о том, совершил ли рассматриваемое преступление обвиняемый. В противном случае лицо признавалось бы потерпевшим только после вынесения приговора.
Анализ проблемы в русле de lege ferenda позволяет признать очевидным тот факт, что материальный статус потерпевшего объективно существует. Эту позицию поддерживают большинство современных исследователей, указывая на связь потерпевшего с вредопричиняющим преступным деянием и оценивая его влияние на определение основания и пределов уголовной ответственности . Но и здесь нет единства мнений относительно правовых и терминологических границ искомого понятия.
———————————
См., например: Булгаков Д.Б. Потерпевший в уголовном праве и его криминологическая характеристика: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. Ставрополь, 2000. С. 12; Суслин А.В. Уголовно-правовые средства обеспечения возмещения вреда потерпевшим: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2005. С. 12 — 13; Фаргиев И.А. Учение о потерпевшем в уголовном праве России: Автореф. дис. . д-ра юрид. наук. М., 2005. С. 7; Анощенкова С.В. Уголовно-правовое учение о потерпевшем. М., 2006. С. 122; Телятников А.А. Обеспечение безопасности личности в уголовном праве: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2009. С. 15.

Как правило, потерпевший оценивается либо в плоскости анализа признаков состава преступления и определяется как своеобразная совокупность статичных признаков, либо рассматривается как активный участник уголовно-правовых отношений, способный в известных границах определять меру ответственности и наказания виновного. В зависимости от вектора исследования и объема, вкладываемого автором в содержание понятия, уголовно-правовым статусом потерпевшего предлагается наделять только человека , физических и юридических лиц , общество и государство .
———————————
См.: Крупцов А.А. Уголовно-правовой статус иностранного гражданина: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. М., 2011. С. 13.
См.: Клещина Е.Н. Криминологическое учение о жертве преступления и проблемы его реализации в законодательстве и деятельности органов внутренних дел: Автореф. дис. . д-ра юрид. наук. М., 2010. С. 22.
См.: Сумачев А.В. Пострадавший как субъект уголовного правоотношения: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. Рязань, 1997. С. 11; Фаргиев И.А. Указ. соч. С. 25.

Своеобразным компромиссом между этатичным правопониманием и диспозитивными началами уголовно-правового регулирования является формально-правовой подход, в соответствии с которым потерпевшим в уголовном праве может признаваться только физическое лицо; это лицо является носителем общественных отношений, охраняемых уголовным законом; в составе преступления потерпевший выступает признаком объекта преступления; в механизме нарушения общественных отношений, характеризующих объект посягательства, деяние непосредственно направлено на участника (субъекта) общественных отношений; вред, причиненный потерпевшему, может быть физическим или моральным; в уголовном праве потерпевший появляется в момент совершения преступления, в уголовном процессе — после возбуждения уголовного дела и вынесения соответствующего уголовно-процессуального акта .
———————————
См.: Крупцов А.А. Указ. соч. С. 10.

Эта позиция, несмотря на свою новаторскую форму, отражает архаизм советской школы уголовного права: потерпевший является признаком объекта преступления, поскольку по своему содержанию является одушевленным предметом, не способным влиять на развитие правоотношений ответственности «государство — преступник».
Преобладание такого рода оценок объясняет очевидное невнимание учебной литературы к определению уголовно-правового статуса потерпевшего. Этот вопрос либо обходится вниманием, либо рассматривается в тесной связи с предметом преступления . Исключение составляет учебник по Общей части уголовного права, подготовленный под редакцией Э.Ф. Побегайло , где пунктирной линией обозначены границы уголовно-правового определения потерпевшего.
———————————
См.: Кибальник А.Г., Соломоненко И.Г. Практический курс уголовного права России. Ставрополь, 2001. С. 40.
См.: Российское уголовное право: В 2 т. Т. 1. Общая часть: Учебник / Под ред. Э.Ф. Побегайло. М., 2008.

Отвлекаясь от общих рассуждений о необходимости и полезности его закрепления в УК РФ, определим исходные положения, призванные составить основу уголовно-правового статуса пострадавшего.
Потерпевший в уголовном праве — это прежде всего участник охраняемых уголовным законом общественных отношений, которому непосредственно преступлением причинен вред либо создана угроза причинения юридически значимого вреда.
Различия между его материальным и процессуальным определениями выражаются в том, что:
в уголовном праве признаки потерпевшего необходимы для регулирования ответственности виновного, а в уголовном процессе — для всестороннего, полного и объективного правосудия;
в уголовном праве им является лицо, непосредственно пострадавшее от совершения преступления, а процессуальное право допускает правопреемство;
в УК РФ возникновение фигуры потерпевшего связано с моментом совершения преступления, а в УПК РФ — с производством процессуальных действий.
Уголовно-правовое понятие потерпевшего первично по отношению к процессуальному. На это указывает Определение КС РФ от 18 января 2005 г. N 131-О: «Правовой статус лица как потерпевшего устанавливается исходя из фактического его положения: он лишь процессуально оформляется постановлением дознавателя, следователя, прокурора и суда о признании потерпевшим, но не формируется им».
Анализ уголовного законодательства позволяет выделить следующие юридически значимые признаки потерпевшего.
1. Потерпевший является участником общественных отношений, находящихся под охраной уголовного закона. В этом свойстве заключена взаимосвязь потерпевшего с объектом преступления. В зависимости от направленности преступного посягательства потерпевшими в уголовном праве могут быть физические и юридические лица, государство, муниципальные образования и общество (социальные группы и объединения).
Такой подход к определению круга потерпевших не является новым. Еще Н.С. Таганцев рассматривал пострадавшего как «обладателя того правоохраняемого интереса, которому непосредственно повредил или которого поставил в опасность преступник, все равно, будет ли таким обладателем единичное лицо, совокупность лиц, составляющая или не составляющая юридическое лицо, включая сюда и самое государство» .
———————————
Таганцев Н.С. Русское уголовное право: Лекции. Общая часть: В 2 т. М., 1994. Т. 2. С. 13.

Косвенное подтверждение этого вывода содержится в Определении КС РФ от 4 декабря 2007 г. N 812-О-О. Не отрицая тот факт, что государство и муниципальные образования могут являться потерпевшими в уголовном праве, Конституционный Суд РФ указывает на особый порядок их охраны: «Защита пострадавших от преступления публично-правовых интересов государства и местного самоуправления обеспечивается публично-правовыми средствами путем осуществления от имени государства специально уполномоченными органами уголовного преследования».
2. Статус потерпевшего в уголовном праве приобретается лицом с момента совершения преступления. Поскольку законодатель связывает наступление уголовной ответственности за неоконченное преступление с угрозой причинения вреда, можно говорить о существовании потерпевшего на любой из стадий преступной деятельности. Этот вывод подтверждает судебная практика. В Постановлении Пленума ВС СССР от 1 ноября 1985 г. N 16 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» отмечено, что «признание потерпевшим должно производиться и по делам о приготовлении к преступлению или покушении на совершение преступления».
Если вред причиняется вследствие невиновных действий, поведения невменяемых или малолетних лиц либо при обстоятельствах, исключающих преступность деяния, фигура потерпевшего отсутствует.
3. Причинение либо создание угрозы причинения юридически значимого вреда. Применительно к потерпевшему — физическому лицу вред может быть физическим, имущественным или моральным.
Под физическим вредом понимается совокупность объективно произошедших изменений в состоянии человека как физического существа или создание угрозы таких изменений. Уголовное законодательство для определения физического вреда использует понятие «вред здоровью», оговаривая критерии его тяжести.
Имущественный вред выражается в уменьшении, уничтожении и повреждении наличного имущества потерпевшего (реальный, положительный вред) либо в недополучении ценностей, которые он имел право получить по закону или иному юридическому основанию (упущенная выгода). Так, основное различие между мошенничеством (ст. 159 УК РФ) и причинением имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 165 УК РФ) заключается в характере имущественного вреда: в первом случае он имеет реальный характер, а во втором выражен в виде упущенной выгоды.
Моральный вред определяется как причинение потерпевшему нравственных страданий вследствие оскорбления его чести и достоинства. Он не ограничивается случаями клеветы (ст. 129 УК РФ) и оскорбления (ст. 130 УК РФ). Согласно Постановлению Пленума ВС РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» этот вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с «потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.». О причинении морального вреда можно говорить в случаях нарушения равенства прав и свобод человека и гражданина (ст. 136 УК РФ), нарушения неприкосновенности частной жизни (ст. 137 УК РФ) и др.
4. Потерпевшим является лицо, непосредственно пострадавшее от совершения преступления. В отличие от процессуального права, уголовный закон не допускает возможность признания потерпевшим родственников или законных представителей жертвы. Например, при совершении убийства (ст. 105 УК РФ) потерпевшим в уголовном праве признается убитый, а в уголовном процессе — его родственники.
5. Потерпевший является участником охранительных уголовно-правовых отношений. Условно можно выделить следующие правомочия потерпевшего:
право на возмещение вреда, причиненного преступлением (ст. 52 Конституции РФ). В уголовном законодательстве это право отражено в нормах ст. 75 и 76 и п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ. Они предоставляют виновному возможность возместить причиненный вред и рассматривают его реститутивные действия как условия освобождения от уголовной ответственности (ст. 75, 76 УК РФ) либо как обстоятельства, смягчающие наказание (ст. 61 УК РФ);
право влиять на решение вопроса об освобождении виновного от уголовной ответственности. Традиционное понимание охранительных отношений как императивной вертикали «государство — преступник» исключает участие в них потерпевшего. Вместе с тем УК РФ содержит нормы, допускающие его активную роль в уголовных правоотношениях и наделяющие правом определять допустимость освобождения виновного от уголовной ответственности.
Влияние воли потерпевшего на уголовную ответственность и наказание виновного возможно в рамках следующих правовых институтов:
согласие на причинение вреда (примечания к ст. 122 и 201 УК РФ). Волеизъявление пострадавшего должно удовлетворять признакам своевременности, допустимости, действительности и добровольности. Только в этом случае оно приобретает характер обязательного условия освобождения от уголовной ответственности;
примирение с виновным имеет уголовно-правовое значение, если оно реализуется в рамках освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76 УК РФ) или уголовного преследования по делам частного и частно-публичного обвинения (ч. 2 и 3 ст. 20 УПК РФ). В первом случае достижение компромисса между сторонами является дискретным основанием освобождения от ответственности, во втором — императивным при условии, что примирение состоялось до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора по делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст. 129, ст. 130 УК РФ (ч. 2 ст. 20 УПК РФ);
институт прощения потерпевшего как материальное основание уголовного преследования по делам частного и частно-публичного обвинения (ч. 2 и 3 ст. 20 УПК РФ). Его выделение в теории уголовного права не является бесспорным. Возражение вызывают поиск материального эквивалента процессуальному институту частного обвинения и искусственное разведение категорий «примирение» и «прощение». Эти упреки можно признать состоятельными в случае ограничения оценки формальным текстуальным анализом. Но если отвлечься от буквального толкования норм, категорическое отрицание института прощения потерпевшего теряет свою убедительность. Согласно ч. 2 и 3 ст. 20 УПК РФ, основанием уголовного преследования по делам частного и частно-публичного обвинения является совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст. 129, ст. 130, ч. 1 ст. 131, ч. 1 ст. 132, ч. 1 ст. 136, ч. 1 ст. 137, ч. 1 ст. 138, ч. 1 ст. 139, 145, ч. 1 ст. 146 и ч. 1 ст. 147 УК РФ. Преступное деяние является в то же время основанием уголовной ответственности и юридическим фактом возникновения уголовно-правовых отношений. Отрицание в связи с этим материальной составляющей института частного обвинения ставит под сомнение либо его основание, либо институт в целом. Поскольку вред причиняется личным правам и интересам потерпевшего, государство наделяет его правом определять необходимость проведения официальной процедуры уголовного преследования. Если он отказывается от обращения с заявлением о возбуждении уголовного дела о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст. 129, ст. 130, ч. 1 ст. 131, ч. 1 ст. 132, ч. 1 ст. 136, ч. 1 ст. 137, ч. 1 ст. 138, ч. 1 ст. 139, 145, ч. 1 ст. 146 и ч. 1 ст. 147 УК РФ, уголовно-правовые отношения «государство — преступник» прекращаются, а виновный освобождается от уголовной ответственности. В этом случае основанием освобождения является односторонний юридически значимый акт потерпевшего, соотносимый в своем семантическом значении с термином «прощение» .
———————————
С семантической точки зрения «простить» означает «не поставить в вину чего-нибудь, забыть вину, обиду» (см.: Даль В.И. Словарь живого великорусского языка. М., 1986. Т. 3. С. 296).

С процессуальных позиций прощение потерпевшего ограничено предметными и временными рамками; оно возможно только по делам частного и частно-публичного обвинения до обращения потерпевшего с заявлением о возбуждении уголовного дела.


Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Уголовное право, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.

Предмет учения о потерпевшем в уголовном праве (статья)

Учение о потерпевшем в уголовном праве одно из сравнительно молодых новых научных направлений, нацеленное на разработку научно обоснованных рекомендаций, реализация которых призвана помочь решению задач, перечисленных в ст. 2 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также повысить эффективность деятельности правоохранительных органов по применению норм УК. Идеи об уголовно-правовом значении лиц, которым преступным посягательством причинен вред или создана угроза причинения такого вреда, имеют глубокие исторические корни, получившие отражение в истории развития уголовного законодательства, начиная с древнейших времен, и в правовой литературе прошлого.

В качестве отдельного теоретического направления учение о потерпевшем от преступления в науке уголовного права возникло сравнительно недавно, в 60-х годах 20 -го столетия, под влиянием виктимологических исследований. В указанный период на страницах юридической печати появляются первые публикации, посвященные уголовно-правовой проблеме потерпевшего, в работах П.С. Дагеля, В.Н. Кудрявцева,

Н.Ф. Кузнецовой, B.C. Минской, А.Б. Сахарова, Т.Г. Шавгулидзе, Л.В. Франка, Т.В. Церетели и др., в которых ставится вопрос «о вине потерпевшего» и ее влиянии на степень ответственности субъекта преступления.

Одним из первых на комплекс уголовно-правовых вопросов, связанных с потерпевшим, было обращено внимание в статье Л.В. Франка «Об изучении личности и поведения потерпевшего», вышедшей в свет в 1966 году. В ней была сделана попытка классифицировать нормы Уголовного кодекса, имеющие значение для изучения личности и поведения потерпевшего. В основу классификации были положены статические и динамические признаки, характеризующие личность потерпевшего (во-первых, возраст, пол, служебное положение, а также состояние потерпевших к моменту посягательства; во-вторых, отдельные поступки и поведение потерпевшего в той или иной конкретной ситуации и психическое отношение его к своему поведению, получившему положительную или отрицательную оценку законодателя). Были сформулированы основные уголовно-правовые вопросы, имеющие виктимологический характер, которые сводились к следующему: 1) в каких преступлениях интересы потерпевшего лица выступают в качестве объекта посягательства и в каких из них имеет значение исследование личности и поведения потерпевшего? 2) каково соотношение виновного поведения (в широком смысле этого слова) потерпевшего и виновного поведения (в уголовно-правовом значении) обвиняемого (подсудимого) в тех случаях, когда действия этих лиц были взаимосвязаны? При этом отмечалось, что вина потерпевшего и вина обвиняемого (подсудимого) связаны между собой настолько, насколько «вина» первого влияет на вину второго. С этой точки зрения Л.В. Франк разграничивал следующие случаи: когда вина потерпевшего входит в качестве необходимого признака состава преступления и влияет на квалификацию преступления или меру наказания за содеянное? когда вина потерпевшего и вообще его личность в любом проявлении на квалификацию преступления не влияет и лишь в определенной мере могут повлиять на наказание виновного?

Наиболее полно и обстоятельно разработка проблемы потерпевшего в советском уголовном праве подытожена П.С. Дагелем. Им же дана обобщающая классификация и описано правовое значение признаков, характеризующих потерпевшего. Основные принципы указанной классификации следующие.

Первая группа признаков — физические либо социальные — характеризует личность потерпевшего; вторая — его поведение (правомерное, неправомерное, согласие); третье — состояние потерпевшего в момент совершения преступления (например, беспомощное, болезненное). Последнюю, четвертую группу, составляют признаки, определяющие взаимоотношения между виновным и потерпевшем.

Оригинальные мысли по уголовно-правовым проблемам потерпевшего от преступления в указанный период высказываются и в литературе по уголовному процессу, где в связи с принятием в 1958 году Основ уголовного законодательства Союза ССР и Союзных республик активно разрабатывался уголовно-процессуальный аспект потерпевшего от преступления. Приведем некоторые высказывания отдельных авторов, выражающие различные проблемы, связанные с потерпевшим от преступления.

Суждение о влиянии «вины потерпевшего» на его собственное процессуальное положение высказывает B.C. Дубривный. «Анализ причин и условий, способствовавших преступлениям, — пишет этот исследователь, — показал, что 34, 7 % процента убийств последовало в результате неправомерных действий самих пострадавших (оскорблений, побоев, издевательств), 20% телесных повреждений различной тяжести причинены лицам, допустившим аморальные поступки или противоправные действия. По всем делам о мошенничестве преступники совершали свои незаконные действия вследствие корыстной заинтересованности потерпевших. По большинству дел о взяточничестве никакого вымогательства со стороны взяткодателя не было».

Возражая против мнения исследователей, полагающих невозможным признать потерпевшим от преступления гражданина, поведение которого перед его совершением было противоправным, несмотря на причинение ему преступного вреда, Р.Д. Рахунов подчеркивает, что «при решении вопроса о признании гражданина потерпевшим необходимо выяснить связь причиненного вреда с преступлением, а не с противоправным действием пострадавшего».

О тесной связи понятия потерпевшего от преступления с составом преступления высказался В.П. Божьев. По его мнению, «попытка дать понятие потерпевшего от преступления в отрыве от анализа состава преступления, которым причинен вред, приводит не только к ущемлению прав граждан, но и к необоснованному расширению круга лиц, которым закон предоставляет права, предусмотренные ст. 24 Основ уголовного судопроизводства».Дальнейшие исследования и теоретические разработки по проблемам потерпевшего от преступления получили продолжение и в последующие годы в трудах этих и других ученых, в которых были сформулированы основные теоретические положения, составившие первоначальную основу учения о потерпевшем в уголовном праве.

Произошедшие в нашей стране в начале 90-х годов 20 века революционные преобразования коренным образом изменили общественно-экономический строй и социально-политический облик общества. Эти преобразования дали заметный импульс развитию новых теоретических изысканий по проблеме потерпевшего от преступления в уголовном праве.

В 1988 году вышла монография B.C. Минской и Г.И. Чечеля «Виктимологические факторы и механизм преступного поведения», в которой содержится анализ законодательства об уголовной ответственности за преступления, совершенные в связи с отрицательным поведением потерпевших; рассматривается общее понятие отрицательного поведения потерпевших, его признаки применительно к отдельным категориям преступлений против личности; анализируется роль отрицательного поведения потерпевших в генезисе преступлений против личности. Авторы работы проводят (обосновывают) мысль о том, что «целесообразные границы уголовно-правовой охраны интересов потерпевшего, и, в частности, такое описание объективной стороны преступления, чтобы она была «равновеликой» объекту, зависят от криминогенных факторов, связанных с поведением самого потерпевшего в предшествующей преступлению ситуации, и некоторых виктимогенных характеристик этого потерпевшего. Поэтому законодательное их решение должно быть криминологически обосновано».

Отельные вопросы уголовно-правового статуса потерпевшего от преступления рассмотрены в диссертации В.Е. Батюковой «Потерпевший в уголовном праве» (1995). Этот исследователь дает понятие потерпевшего, рассматривает соотношение данного понятия с уголовно-процессуальным и криминологическими понятиями. Анализируя потерпевшего как признак состава преступления, автор дает классификации потерпевших, нашедших отражение в различных составах преступлений.

Предметом монографического исследования А.В. Сумачева (1997) является пострадавший как самостоятельный субъект уголовного правоотношения. С момента совершения вредопричиняющего деяния, предусмотренного уголовным законом, считает он, пострадавший реализует свои интересы в ходе предметно-практической деятельности. «Во взаимоотношениях с пострадавшим государство выступает, прежде всего, как обязанный субъект правового отношения, являющийся в то же время властным субъектом».

Комплексный анализ проблемы правового регулирования и практического учета личности и поведения потерпевшего при рассмотрении уголовных дел дан и в работе «Уголовно-правовое значение личности и поведения потерпевшей» (1997). Наиболее ее существенные выводы и результаты могут быть обозначены следующим образом:

— история отечественного уголовного законодательства, начиная с Русской правды, свидетельствует о неизменном учете личности и поведения потерпевшего при определении пределов наказания виновного;

— современное состояние уголовного законодательства России требует закрепления в нем материально-правового понятия потерпевшего от преступления, которое распространялось бы не только на физических лиц, но и предполагало бы причинение наряду с физическим, имущественным и моральным вредом также иного вреда, предусмотренного уголовным законом;

— характеристика личности либо поведения потерпевшего не являются самостоятельным признаком состава преступления, и может относиться к объекту или объективной стороне преступления;

— на квалификацию преступления и уголовную ответственность причинителя вреда оказывают влияние только те признаки, относящиеся к личности или поведению потерпевшего, которые отражаются сознанием виновного;

— противоправное или аморальное поведение потерпевшего само по себе не исключает ни виновности, ни уголовной ответственности лица, совершившего преступление; оно приобретает уголовно-правовое значение только при наличии непосредственной связи с преступлением и в этом случае оказывает влияние на степень общественной опасности и на степень виновности лица, совершившего преступление.

Монографическое исследование Б.В. Сидорова (1998) посвящено проблеме потерпевших от преступления и уголовной ответственности. На основе глубокого изучения отечественной и зарубежной научной и художественной литературы, российского и зарубежного уголовного, уголовно-процессуального и иного законодательства, ряда международно-правовых актов, обширной судебной практики автор исследовал виктимологический аспект уголовной ответственности, связанный с основным виктимным поведением жертвы преступления.

Предметом диссертационного исследования Д.В. Булгакова (2001) является потерпевший в уголовном праве и его криминологическая характеристика.

Автор дал свое определение понятия потерпевшего в уголовном праве и предложил признать за юридическим лицом статус потерпевшего в уголовном праве. Он обосновал и предложил комплексные (в первую очередь, уголовно-правовые и криминологические) мероприятия профилактического характера, способные снизить процесс виктимизации в современный период.

Интересная работа «Отрицательное поведение потерпевшего и уголовный закон» опубликована в 2003 г. Э.Л. Сидоренко. Она посвящена актуальным и сложным проблемам дифференциации уголовной ответственности и назначения справедливого наказания виновному в случаях, когда совершаемое им преступление носит ситуативный характер и обусловлено отрицательным поведением жертвы. В книге Э.Л. Сидоренко анализируются уголовно-правовые и криминологические аспекты личности и поведения потерпевшего, раскрывается механизм совершения виктимологически обусловленных преступлений. Основное внимание в публикации уделено вопросам уголовной ответственности и наказания за преступления, вызванные аморальным или противоправным поведением жертвы.

В 2004 г. СВ. Анощенковой в Саратовском юридическом институте МВД РФ защищена диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук «Учение о потерпевшем в Российском уголовном праве».

Как отмечает этот исследователь, достижения современной научной мысли, обновление отраслевого законодательства способствуют формированию в рамках доктрины уголовного права теории потерпевшего, основными исследовательскими направлениями которого являются: 1) оформление понятийного аппарата учения о потерпевшем в уголовном праве; 2) отграничение уголовно-правового понятия потерпевшего от уголовно-процессуального, административного, гражданско-правового, виктимологического понятий потерпевшего; 3) оформление уголовно-правового понятия потерпевшего; 4) обозначение места потерпевшего в уголовном праве; 5) определение уголовно-правового статуса потерпевшего, характеристика его прав и обязанностей как субъекта уголовных правоотношений; 6) характеристика потерпевшего как криминообразующего признака; 7) выявление уголовно-политического значения потерпевшего.

Здесь подчеркнем, что в настоящее время у нас в стране и за рубежом накоплен интересный научный и эмпирический материал о потерпевшем от преступления, имеющий уголовно-правовое значение. Вместе с тем до сих пор еще нет достаточной ясности во многих теоретических и методологических вопросах учения о потерпевшем в уголовном праве, о его теоретических основах и главных направлениях исследований.

Всеобъемлющее учение о потерпевшем от правонарушений в российской правовой науке в настоящее время отсутствует, поэтому правильное определение сущности и предмета теории о потерпевшем в уголовном праве имеет важное методологическое значение и для других юридических дисциплин, которых интересует потерпевший от преступления.

Лица, которым причинен уголовно-наказуемый вред, представляют интерес для различных дисциплин криминального цикла — уголовного процесса, криминалистики, и для соответствующих отраслей права, в частности криминологии, прокурорского надзора, юридической психологии, судебной психиатрии, судебной медицины и др. Каждая из них изучает потерпевшего от преступления в различных аспектах, вычленяя свои особенности. Поэтому предметом их является не изучение вообще потерпевшего от преступления, а исследование его в определенном аспекте. Не составляет исключения и уголовное право, которое рассматривает его под своим углом зрения.

Любое относительно самостоятельное научное направление в границах конкретной науки имеет свой предмет исследования, т.е. «строго определенный круг изучаемых явлений и их закономерностей». Учение о потерпевшем в уголовном праве также имеет свой специфический предмет исследования, в основу, которого положена мысль о том, что наряду с исследованием преступления на таком же уровне должны быть изучены уголовно-правовые вопросы, относящиеся к потерпевшему от преступления.

Анализируемое учение о потерпевшем возникло как уголовно-правовая теория в рамках уголовного права совершенно закономерно, так как объективные нужды судебной практики потребовали ответа на ряд вопросов: о статусе потерпевшего в материальном праве; о соотношении его функций в уголовном праве и в уголовном процессе; о влиянии обстоятельств, относящихся к потерпевшему от преступления на характер и степень общественной опасности преступления, особенности и степень вреда, причиненного потерпевшему деянием, предусмотренным уголовным законом; об оценке признаков, характеризующих потерпевшего в составах преступлений; о влиянии личности и поведения потерпевшего на уголовную ответственность и наказание и др.

В юридической литературе высказано мнение о том, что разработка проблемы потерпевшего от преступления малоплодотворна, поскольку вопросы потерпевшего изучаются в уголовном праве в разделе о правовых благах и преступлении. Данное суждение вызвало, наш взгляд, обоснованную критику исследователей, которые утверждают, что «неконструктивность этой позиции очевидна».

Действительно, вопросы, связанные с потерпевшим от преступления в уголовном праве, выходят далеко за пределы учения об объекте преступления, о чем свидетельствует даже приведенный неполный перечень таких вопросов, которые возникают в судебной практике. Очевидно и то, что без системы научно разработанных рекомендаций по проблеме потерпевшего в уголовном праве трудно «решить вопрос о пределах действия нормы в отношении правонарушителей и потерпевших», и в целом правильно определить уголовную политику. Между тем даже беглый взгляд на рассматриваемую проблему позволяет утверждать, что вопросы, относящиеся к потерпевшему от преступления, влияют на границы уголовной ответственности, квалификацию содеянного, индивидуализацию наказания. Без учета данных о потерпевшем невозможно определить степень общественной опасности преступления и преступника, направленность умысла, психологическое содержание неосторожности, правильно решить другие важные уголовно-правовые вопросы.

Таким образом, специфическим предметом учения о потерпевшем в уголовном праве, как одного из уголовно-правовых научных направлений, является комплекс проблем потерпевшего от преступления, которые отражаются в нормах уголовного законодательства (в историческом, современном, зарубежном законодательстве), в практике их применения, а также в современной отечественной и зарубежной юридической литературе. Кроме того, в предмет уголовно-правовой теории о потерпевшем входит сравнительный анализ проблем потерпевшего от преступления в уголовном праве с аналогичными проблемами других юридических дисциплин и отраслей права, которые также исследуют потерпевшего от преступления и иных правонарушений. Подобный комплексный анализ предмета учения о потерпевшем в уголовном праве ведет к расширению уголовно-правовых знаний о данной проблеме и соответственно обуславливает обратный процесс обогащения других юридических дисциплин.

При определении предмета учения о потерпевшем в уголовном праве нельзя не учитывать, что оно как область научного знания формируется в соответствии с определенными логико-методологическими принципами. Важнейший из них — обязательное соответствие системы знаний природе объекта, который она отражает. Целесообразно использовать и такие познавательные процедуры системного подхода, как принцип функциональной зависимости и принцип включения. В нашем случае они позволяют путем «включения» уголовно-правового учения о потерпевшем в систему знаний науки уголовного права, а названной науки в систему более высокого уровня — систему наук экстраполировать некоторые характеристики вышестоящих систем на системы низшего уровня, поскольку они являются их элементами. Такой прием дает возможность от функций науки в целом перейти к функциям науки уголовного права и от ее функций — к функциям одного из системообразующих элементов уголовного права-учению о потерпевшем.

Популярное:

  • Фокс подала на развод с грином Меган Фокс подала на развод Звезда фильма «Трансформеры» Меган Фокс разводится с мужем, актером Брайаном Остином Грином. Об этом 21 августа сообщал журнал People. Фокс назвала причиной […]
  • Сорокин юрист москва Администратор, юрист Екатерина 45 лет (01 Мая 1973) Описание Опыт работы 21 год 7 месяцев Июнь 2016 -- по настоящее время 1 год 3 месяца Метриум Групп, ООО Москва Строительство, […]
  • Военный комиссариат калужской области дзержинского района ВК Дзержинского района информация актуальна на 11.10.2018 на карточке организациис учетом всех используемыхисточников данных."> разделы Анкета Ликвидация Реквизиты Арбитраж […]
  • Ст 172 ук рф практика Комментарии к СТ 172 УК РФ Статья 172 УК РФ. Незаконная банковская деятельность Комментарий к статье 172 УК РФ: 1. Состав данного преступления является специальным составом незаконного […]
  • Приговор по ч3 ст260 ук рф Приговор ст.264 ч.3 УК РФ Наш телефон +7-905-5555-200 П Р И Г О В О Р ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Санкт-Петербург ХХХ 2010 года Судья Выборгского районного суда Санкт-Петербурга НИКИТИНА […]
  • О внесении изменений в ст 72 ук рф Будет ли в данном случае произведен перерасчет срока наказания? Добрый вечер. Прошу Вас помочь в применении изменений по ст 72. Осужден по ст 159 ч4 на срок 9 лет. Находился на сизо с […]
Закладка Постоянная ссылка.

Комментарии запрещены.